Обзор фильма «Цвет Солнца»: Подросток на Окинаве между горем и поиском себя в привлекательной, но недостаточно проработанной драме взросления

Хотя жанр, безусловно, существовал и до 2017 года, кажется, что именно фильм «Назови меня своим именем» спровоцировал бум мечтательных летних драм взросления, особенно в артхаусном и инди-сегменте. Если вы посещали кинофестивали в последнее десятилетие, то наверняка видели бесчисленные примеры таких фильмов: подростки в залитых солнцем местах делают первые открытия о себе, своей сексуальности и взрослом мире, который стремительно надвигается на них.

Некоторые из них были весьма хороши – например, недавний каннский фаворит «Ла Градива» – в то время как другие оказывались слишком воздушными или слишком интроспективными. В этом жанре укоренилась некая вторичность, повторение тона и темпа, из-за чего многие из этих фильмов кажутся элегантно снятыми копиями друг друга. Это та же солнечная меланхолия, те же скрытые самоисследования — и, довольно часто, приглушенные квир-подтексты. На данном этапе я бы с радостью поприветствовал дерзкую подростковую комедию, какие мы получали постоянно. Достаточно задумчивых атмосферных зарисовок; верните нам беззаботное веселье!

Фильм «Цвет Солнца» (The Color of the Sun) был представлен на Венецианском кинофестивале (программа «Горизонты»). Режиссером и сценаристом выступил Ксавье Тера. В главных ролях: Наото Симадзири, Уэст Малхолланд, Ичиро Андре Кастро, Дайдо, Юма Таира, Сиюн Накамура, Эрика Ода, Сачико Фукумото. Продолжительность фильма – 1 час 50 минут. Главная мысль, которую можно вынести из фильма: «Что я не делал этим летом».

Что ж, возможно, я и не хочу заходить так далеко. Но я действительно испытал некоторое разочарование, наблюдая за дебютным фильмом Ксавье Теры «Цвет Солнца». Это красиво снятая (оператором Сайомбху Мукдипромом, который также работал над «Назови меня своим именем») и музыкально оформленная история о лете подростка, которая настолько стильно отстраненна, что за ней почти не за что зацепиться. Это целая эстетика, как говорят сегодня молодые люди, но где же истинная глубина?

Справедливости ради, «Цвет Солнца» все же предлагает кое-что новое. Это один из редких фильмов, действие которого происходит на Окинаве и вокруг нее – японского острова далеко к югу от основной суши, который на десятилетия после Второй мировой войны был оккупирован Соединенными Штатами. Япония восстановила суверенитет над островом в 1970-х годах, но американское военное присутствие там по-прежнему значительно, что порождает постоянную напряженность между местными жителями и «вооруженными колонистами». Это весьма выразительный фон для фильма: постоянный гул и рев истребителей над головой и атмосфера сдерживающей угрозы, пронизывающая то, что в противном случае должно быть безмятежными летними часами.

Это место, из которого старшеклассник Камеи (Наото Симадзири) мечтает сбежать, хотя куда и зачем – он не знает. Он апатичный подросток, сильно выбитый из колеи смертью отца год назад. Он раздражителен с матерью, отстранен от друзей, застенчив и неловок с девушкой, которая проявляет к нему романтический интерес. В жизни Камеи одновременно происходит много всего и почти ничего, что еще больше усложняется его зарождающейся дружбой — и, возможно, чем-то большим — с сыном американского военного, Колином (Уэст Малхолланд). Камеи говорит на окинавском диалекте японского, а Колин – на английском, но они, кажется, прекрасно понимают друг друга, даже если Колин гораздо более жизнерадостен и общителен, чем угрюмый и замкнутый Камеи.

К сожалению, он настолько угрюм и замкнут, что едва ли является полноценным персонажем. Мы смутно догадываемся, что произошло с ним в прошлом, и видим своими глазами, что происходит в настоящем. Но у нас нет реального представления о внутренней жизни Камеи, о его желаниях, страхах и надеждах, которые им движут. Нам приходится многое додумывать, исходя из скудных контекстных подсказок фильма, но в основном из нашего знания того, как обычно развиваются подобные сюжеты.

Возможно, стремясь избежать этих клише, Тера слишком усердно старается. Настолько усердно, что сводит структуру фильма к минимуму. Пару неловких сексуальных эпизодов, одна-две ссоры с матерью Камеи, осторожное примирение с дедом по отцовской линии – вот, по сути, и все. Конечно, обилие сюжетных линий не обязательно, но при просмотре «Цвета Солнца» постоянно возникает желание, чтобы что-то прорвалось сквозь эту манерную тишину фильма и оживило картину.

Также остается неудовлетворенным интерес к самой Окинаве, ее культуре, особенностям и отношению к материковой Японии. На острове существует сепаратистское движение, которое представлено в фильме, но мы так и не узнаем, как это влияет на самоощущение Камеи в мире. Теру следует похвалить за выбор такого захватывающего места; если бы только он в полной мере использовал весь его тематический и повествовательный потенциал.

Более конкретное представление о том, что фильм пытается сказать, появляется ближе к концу, но оно кажется поспешным и притянутым за уши. Мы слышим голос матери Камеи за кадром, читающей письмо, которое она отправила сыну, извиняясь за свою отстраненность после смерти его отца и призывая его быть тем, кем он хочет быть в жизни. Она говорит об образовании? Карьере? Его сексуальности? Мы действительно не знаем, и Тера не предоставил нам достаточно информации, чтобы построить какую-либо теорию или хотя бы приблизительное понимание.

Истоки фильма кроются в фотокниге, которую Тера создал в сотрудничестве с империей потребительских товаров дизайнера Марка Джейкобса, и совершенно очевидно, что Тера получает удовольствие от съемки пленительных образов Окинавы и ее жителей. Но красивая фотография — не достаточно прочная основа для повествовательного фильма, как показали нам многие прекрасные, но инертные артхаусные картины последних лет. Я почти желаю, чтобы Тера получил второй шанс снять фильм о молодом человеке, живущем на спорной земле и чувствующем себя потерянным внутри себя. В этой истории таится огромный потенциал, но Тера пока не смог его раскрыть.