Фатих Акин открывает Сан-Себастьян с драмой о призраках: «Мы живем в мире, где больше фейковых новостей, чем правды»

Сан-Себастьян встретил фестиваль дождем и напряженной драмой фильма-открытия. Турецко-немецкий режиссер Фатих Акин представил в официальной программе «Песнь призраков» – историю о нереализованных мечтах и потерянных возможностях. В ней двое влюбленных, готовясь к университету, сталкиваются с аварией, которая делает их планы невозможными. Это поэтичная история о призраках, наполненная любовью и духовностью. Идеальный выбор для открытия: фильм, посвященный первым переживаниям, замысел которого пришел от сына Акина.

Акин объяснил на пресс-конференции: «Я переживал кризис, хотел обновиться, чувствовал себя застрявшим, не развивался. Мой десятилетний сын предложил снять фильм о дружбе детей, где один – призрак, а другой – живой. Мне понравилась идея работать с детьми и мечтами. Между тем я снял другие картины, но эту задумку не забыл. Мои дети росли, и вместе с ними взрослели герои, потому что я хотел снять фильм об их поколении».

Сны, признал он, – скользкая тема. «Если ты не Кристофер Нолан, снимать сны очень сложно, ведь фильмы сами по себе – это сны. Я думал, как это можно воплотить на экране». Акину это удалось. Помимо сценария, он один из лучших европейских режиссеров, умеющих работать с камерой. Если к этому, как в «Песни призраков», добавить чувствительность сюжета и завораживающий взгляд двух юных актеров, получится очень достойный фильм для открытия фестиваля в Сан-Себастьяне.

Фильм оперирует, казалось бы, не совсем фестивальной темой – историей любви двух подростков перед поступлением в университет, наполненной обостренным романтизмом. Но в нем есть и взрослый взгляд на умение отпускать, на роль матерей, на уважение к духовному. Смерть отца режиссера два года назад придала картине еще большую интимность. «Я не смог приехать на его похороны в Турцию, потому что снимал фильм. Целый год я переживал, хотел увидеть его во сне, но не получалось; хотел поговорить с ним в последний раз… Этого так и не произошло. Это желание, идея столкнуться со смертью, увидеть, как растут мои дети… Все это было в фильме», – говорит Акин.

Фатих Акин рассказал, что вырос в глубоко религиозной исламской семье, но быстро променял мечеть на кино. «Однако я не терял духовную связь, она была во мне, ее привили мои родители. Я остаюсь духовным человеком», – признался он. Режиссер хотел сделать историю, понятную христианам, иудеям, мусульманам, буддистам. «Кино должно стирать границы», – подытожил Акин.

Режиссер-политик

В фильме нашлось место и политике. Семья главных героев бежала из Сирии и поселилась в Германии, где старшая дочь влюбляется в парня, чей отец родом из Турции. «Мы живем в мире, где фейковых новостей больше, чем правды. Есть мир соцсетей, мир политиков… А есть реальный мир, мир улицы. Мне нравится выходить и видеть, как сирийские девушки и турецкие парни встречаются в кино, на вечеринках, в автобусах. Это и есть реальность. Политики хотят власти только из жадности. Они не стремятся сделать страну лучше или чище, им нужна лишь власть. И эта власть нужна им для распространения страха. Сегодня заразить страхом проще простого. Начинаешь войну и ищешь врага. Раньше это были евреи, теперь мусульмане. Каждый находит, кого обвинить, но я считаю, винить стоит только политиков».